• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
14:09 

Подборка из Приюта Антисшэшера с форума Хеннет-Аннун. Размышления на тему.

читать дальше

@темы: Фанфики, фэндом

13:53 

Тест «Мой идеал»

Тест «Мой идеал»
Прекрасное: 60%
Героизм: 30%
Справедливость: 50%
Сострадание: 60%
Закон и порядок: 60%
Мудрость: 90%
Доброта: 70%
© Журнал «Человек без границ» 2009

13:19 

я на камушке



@темы: Фото

12:48 

культура и фанфики

Прочитав изрядное количество трековых книжек, думаю от том, что нужно для хорошего фанфика. Мне кажется, слабым местом большинства фиков является описание мира. Герои живут не в безвоздушном пространстве, а в некой реальности, обычно довольно отличной от нашей, и это должно быть заметно. Та культура, в рамках которой действую герои, должна как-то себя проявлять. Если герои принадлежат к разным культурам или встречаются с представителями другой культуры, то тем более. Причем сюда входит и способ мышления, и материальная культура, а также история, литература, искусство и так далее. Чем больше и разнообразнее, тем лучше. Хотя, конечно, культурный фон не должен заслонять персонажей, но в фиках такого обычно не случается.
Конечно, смоделировать культуру совсем не просто, особенно в том случае, если придумывать ее с нуля. Лучше всего взять за основу какую-то реально существующую, а потом осторожно добавлять новые элементы. Если же речь идет о раскрытии культуры, уже имеющейся в каноне, то это еще сложнее, потому что новые элементы не должны противоречить старым, а также соответствовать общей концепции. В чем состоит общая концепция, понять обычно не так просто, даже в том случае, если у авторов канона она была и они позаботились о том, чтобы созданная ими культура была внутренне непротиворечива. К сожалению, в большинстве случаев нет уверенности, что это действительно так. Построение чего-то на такой шаткой основе – задача не из простых. Кроме того, не следует забывать, что вторичный мир ограничен, и какие-то из элементов первичного мира могут там отсутствовать как класс. Попытка их туда привнести может оказаться для вторичного мира разрушительной.
Единственное утешение в сложности этой задачи – не вполне серьезное отношение к фанфикам. В конце концов фик – это всего лишь фик, хотя иногда и нечто большее. В очень редких случаях.

@темы: Фанфики, фэндом

15:09 

флэшмоб

Давайте на минутку представим, что я всего лишь персонаж вашей книги, а вы - мой создатель.
Итак, вопросы:
1) Что я за персонаж? Какой? Главный или второстепенный?
2) В какой мир вы меня отправите? Космоопера, классическое фэнтези, историческая сага или что-то другое?
3) А подробнее о мире можно? Что там происходит?
4) Итак, мир создали, меня туда отправили. Осталось определиться с моей ролью. Кто я в этом мире? Какое участие принимаю в действии?
5) Какова моя цель?
6) А мои отношения с другими персонажами? У меня есть враги, друзья, соратники, слуги?
7) Ладно, оставим сражения воинам, интриги – придворным. А любовная линия будет? И кто мой избранник?
8) Вот и последние страницы вашей книги, я должен либо победить, либо проиграть. Что и как со мной случится?

01:07 

любимая песня

Одна из. Нынче она как-то особенно к месту.
Рабиндpанат Тагоp

ПОСЛЕДНЯЯ ПОЭМА

Ветер ты старые ивы развей.
Нет мне дороги в мой брошенный край.
Если увидеть пытаешься издали.
Не разглядишь меня,
Не разглядишь меня, друг мой,
Прощай...

Я уплываю и время несет меня
C края на край.
C берега к берегу,
C отмели к отмели,
Друг мой прощай.
Знаю когда-нибудь,
С дальнего берега давнего прошлого
Ветер весенний ночной
Принесет тебе вздох от меня.

Ты погляди, ты погляди.
Ты погляди не осталось ли
Что-нибудь, после меня.

В полночь забвенья
На поздней окраине жизни моей.
Ты погляди без отчаянья,
Ты погляди без отчаянья.
Вспыхнет ли
Примет ли облик безвестного образа
Будто случайного.
Вспыхнет ли
Примет ли облик безвестного образа
Будто случайного.

Это не сон.
Это не сон.
Это вся правда моя, это истина.
Смерть побеждающий вечный закон -
Это любовь моя.
Это любовь моя.
Это любовь моя.

18:57 

умные мысли Е. Хаецкой

Я их немного порезала, чтобы выделить то, о чем сейчас думаю.

Литература ... все-таки имеет отношение к сфере гуманитарной, то есть к сфере человечной. Мы исследуем человека, его душу. ... Наличие в текстах (фильмах, комиксах) супер-сверхчеловека ... приводит к разрушению этой принципиальной гуманитарности искусства. Такой персонаж неубиваем; соответственно, за него не переживаешь, за него не боишься. Уходит то, что старина Аристотель именовал "катарсисом"; ты не получаешь наслаждения от сопереживания, ты не "страдаешь" - не "со-страдаешь".
Неубиваем не только персонаж - неубиваема и его вселенная. Реальный Дрезден может быть разрушен. Вымышленное Средиземье может быть погублено. Но в ... мире, где вместо героев - супер-герои, всегда возможна так называемая альтернативная реальность. Когда все случившееся объявляют сном, галлюцинацией или когда персонажи бодро переходят на параллельный курс развития мира.
Этот параллельный курс отменяет и обесценивает все то, что произошло до того.
Глобальным разочарованием моей жизни стала в свое время "Алиса в Стране Чудес". Оказалось, что никакой Страны Чудес не было - был просто сон маленькой девочки... Ну ничего себе! Стоило "жить и бороться", чтобы под конец выяснить - все было напрасно, все не имело значения.
Но "Алиса" - это мелочи и цветочки по сравнению с параллельными вариатами развития вселенной. В "Алисе", в конце концов, девочка проявляет себя, лучше себя узнает. Ее сон не противоречит ее яви. А параллельный вариант говорит: неважно, что герой умер; здесь он не умрет. Неважно, что такой-то персонаж совершил подвиг - здесь этот подвиг может не понадобиться.

14:29 

дружба

Подняла вот эту запись. И хочу поцитировать еще немного. Все-таки К.С. Льюис мудрый человек, надо читать его почаще.

Когда я говорю о привязанности или влюбленности, все меня понимают. Оба эти чувства воспеты и прославлены свыше всякой меры. Даже те, кто в них не верит, подчиняются традиции — иначе они бы не обличали их. Но мало кто помнит теперь, что и дружба — любовь. В старину дружбу считали самой полной и счастливой из человеческих связей. Нынешний мир ее лишен. Конечно, все согласятся, что кроме семьи мужчине нужны и друзья. Но самый тон покажет, что под этим словом подразуме-вают совсем не тех, о ком писали Цицерон и Аристотель. Дружба для нас — развлечение, почти ненужная роскошь. Как же мы до этого дошли?

Прежде всего, мы не ценим дружбы, потому что ее не видим. А не видим мы ее потому, что она из всех видов любви наименее естественная, в ней не участвует инстинкт, в ней очень мало или просто нет биологической необходимости. Она почти не связана с нервами, от нее не красне-ют, не бледнеют, не лишаются чувств. Соединяет она личность с личностью; как только люди подружились, они выделились из стада. Без влюбленности никто бы из нас не родился, без привя-занности — не вырос, без дружбы можно и вырасти, и прожить. Вид наш с биологической точки зрения в ней не нуждается. Общество ей даже враждебно. Заметьте, как не любит ее начальство. Директору школы, командиру полка, капитану корабля становится не по себе, когда кого-нибудь из их подчиненных свяжет крепкая дружба.
Эта противоестественность дружбы объясняет, почему ее так любили в старину. Главной, самой глубокой мыслью античности и средневековья был уход от материального мира. Природу, чувство, тело считали опасными для духа, их боялись или гнушались ими. Привязанность и влюбленность слишком явно уподобляют нас животным. Когда вы испытываете их, у вас перехватывает дыхание или жжет в груди. Светлый, спокойный, разумный мир свободно избранной дружбы отдаляет нас от природы. Дружба — единственный вид любви, уподобляющий нас богам или ангелам.
Сентиментализм и романтизм восстановили в правах природу и чувства. Поклонники "темных богов" опустились еще ниже, и к дружбе они уже начисто неспособны. Все, что считалось добле-стями дружбы, работает теперь против нее. Она не знает лепета, нежных подарков, слез умиления, любезных поборникам чувства. Она слишком светла и покойна для поклонников низких инстинктов. По сравнению с более природными видами любви она жидка, пресна, бесплотна, это какой-то вегетарианский суррогат.
Кроме того, многие сейчас ставят общественное выше личного. Дружба соединяет людей на высшем уровне их личностного развития. Она уводит их от общества, как одиночество, но в нее уходит не один человек, а по меньшей мере двое. Демократическому чувству она тоже противна, в ней есть избранничество. Словом, в наши дни главу о дружбе приходится начинать с ее оправдания.

...втроем дружить даже лучше, и вот почему. Лэм говорит где-то, что, когда А умрет, В теряет не только самого А, но и "его долю С" и С — "его долю В". В каждом друге есть что-то такое, чему дает осуществляться лишь третий друг. Сам я недостаточно широк; моего света мало, чтобы заиграли все грани его души. Дружба почти не знает ревности. Двое друзей счастливы, что нашли третьего, трое — что нашли четвертого, если он действительно друг. Они рады ему, как рады пришельцу блаженные души у Данте. Конечно, похожих людей немного (не говоря уже о том, что на земле нет таких больших комнат), но в идеале дружба может соединять сколько угодно друзей. Этим она "близка по сходству" к раю, где каждый видит Бога по-своему и сообщает о том всем другим. Серафимы у Исайи взывают друг к другу: "Свят, свят, свят!.." (Ис. 6:3). Дружба — умножение хлебов; чем больше съешь, тем больше останется.

...Я говорил, что в отличие от влюбленных друзья не смотрят друг на друга. Да, смотрят они на что-то третье, но это не значит, что они друг друга не видят и не любят. Дружба — та самая среда, где расцветают взаимная любовь и взаимное знание. Мы никого не знаем так хорошо, как друзей. Каждый шаг на совместном пути поверяет дружбу, и поверка эта нам понятна, она осознанна, мы в ней участвуем. Наше почтение друг к другу преображается, когда придет час, в исключительно зрячую и крепкую любовь-восхищение. Если бы мы с самого начала больше глядели на человека, меньше — на предмет дружбы, мы бы не узнали так хорошо, не полюбили так глубоко того, с кем подружились. Мы не обретем поэта, мыслителя, воина, христианина, если будем любоваться им, как возлюбленной. Лучше читать вместе с ним, спорить с ним, сражаться, молиться.

Это совсем не конец, но пока хватит. Умные мысли надо употреблять понемногу.

14:19 

и тут тоже путь будет

Читаю Льюиса. Про дружбу.

читать дальше
запись создана: 02.04.2009 в 00:31

@темы: Фанфики, фэндом

14:04 

Добавляя в избранное тех людей, которые мне интересны на данный момент, я создала себе сложную ситуацию: оказалось, что в моем избранном регулярно появляются фики четырех разных фэндомов. Но я категорически не в состоянии воспринимать их все сразу, я не могу быть погружена более чем в один мир в конкретный момент времени, поэтому все прочие фики пролистываю, думая про себе: когда-нибудь я снова туда вернусь, и вот тогда прочту с удовольствием! А то даже как-то неудобно перед авторами.

@темы: Фанфики, фэндом

20:52 

Не знаю, откуда это стихотворение, но я позаимствовала его у Моррет. Грубовато, конечно, но по сути верно.

В золотистых гаванях Ниццы скоро кто-то будет повешен.
Как достали меня эти птицы и один непотребный слэшер.
С новым литературным веком: не банально только анально,
препогано ходить в главгерах – за…любили, причем буквально.

По высоким душевным запросам – не для славы и не для денег,
он страдал словесным поносом про мой новый – как это? – «пейринг».
Продолжалось так файл за файлом – все ему было, гаду, мало –
202 мегабайта он имел меня как попало (чем попало, куда попало!)

Одержимый нездешней жаждой – чтоб чего-нибудь вот такого,
он сношал меня, сволочь, с каждым – лишь бы только мужского пола,
чтоб подробней, и чтоб с манямбой, с кровью, потом… И, право слово:
окажись оно правдой – я бы точно помер, как та корова.

С другом, братом, с врагом и сыном – в поле, в парке и на параде,
так, что вешалась медицина и стонала реальность: «Хватит!» -
где скопытилась достоверность, не отвечу и под прицелом.
Эх, пора молоко за вредность выдавать за должность главгера.

Утомившись этим искусством, я взываю к небесной каре:
награди его, боже, вкусом – вот тогда я его поймаю,
привяжу его к батарее (понадежней крепкой веревкой)
и зачту все его творенья – с чувством, толком и расстановкой!

@темы: Фанфики, фэндом

16:47 

Кажется, у меня есть аватарка.

22:28 

Хорошая история представляется мне похожей на многоцветный ковер (не новое сравнение). Когда я читаю или смотрю ее в первый раз, я вижу узор целиком, но на подробности внимания обычно не хватает. Их я осваиваю позже, в следующие разы. А еще я люблю взять какую-нибудь одну нить и проследить ее путь. Очень интересно бывает отследить в длинной эпопее историю одного персонажа (второстепенного или даже третьестепенного) и разобраться в его жизни. Или же какого-нибудь явления. Это я и называю чтением книги на тему. Поэтому я могу читать одно и то же три раза подряд - я все время нахожу новые подробности. И самое чудесное в том, что в хорошей книге их очень много, и мне не грозит их исчерпать. Как известно, ответ, который получаешь из текста, зависит от заданного вопроса.

23:20 

Мне нравится фэндом Буджолд. Маленький, уютный и приятный, хорошие фики пишут. Не фэндом, а одно удовольствие.
...а уж книги у нее - мечта фаната...

@темы: фэндом

13:05 

интересно

Сколько процентов фиков имеют своей причиной неврозы и зависимости? Думаю, процентов 80 с чем-то. А гетных - все 98. Про слэш не знаю, чисто теоретически тоже где-то 98. Возражения и дополнения принимаются.

@темы: Фанфики, фэндом

00:44 

эволюция фэндома

11:20 

Вторичный текст как вид переделки

Так называется мой доклад, который я собираюсь прочесть на семинаре про переделки. Вот его тезисы.

В данном докладе речь пойдет о вторичной литературе как о виде переделок. Вторичная литература, она же фанфикшн – жанр массовой литературы, созданной по мотивам художественного произведения фанатом этого произведения, не преследующим коммерческих целей, для чтения других фанатов. Под фанатами подразумеваются любители литературного произведения, фильма или сериала, в жизни которых это произведение занимает особое место.
Вторичная литература во многом представляет собой переделку этого произведения, причем автор вторичного текста может изменить любую из его составляющих: место и время действия, сюжет, характеры, идейную составляющую и так далее. В большинстве случаев автор вторичного текста вводит свою структуру и частично новое содержание, однако в некоторых случаях сохраняется структура и содержание первоисточника. Чаще всего это поэтические тексты, хотя встречаются и прозаические. В прозаическом тексте обычно сохраняется сюжет, набор персонажей и в некоторых случаях разбивка по главам.
В поэтическом тексте сохраняется размер, в некоторых случаях персонажи и отдельные строки или словосочетания. Чаще всего переделывают известные песни, чуть реже – стихотворения. Почти всегда переделка превращает лирический или трагический текст в комический. В некоторых случаях песня-переделка (в русской фанатской среде называемая «изврат») содержит в себе краткий пересказ сюжета какого-нибудь известного произведения и является, таким образом, переделкой вдвойне. Одна и та же песня может быть переделана многократно.
Отдельно нужно сказать о переделках анекдотов. Чаще всего они возникают так: в уже существующий анекдот вставляют имена персонажей, или же переделывают его в соответствии с реалиями произведения, причем соль анекдота обычно сохраняется.

@темы: Фанфики, фэндом

20:50 

флэшмоб от Тигры

Вы отмечаетесь у меня в комментах, а я пишу вам три вещи за которые я вас люблю.
В свою очередь вы вывешиваете это у себя)))

22:56 

умные мысли про слэш

22:57 

любители картины

Так случилось, что картина Ниггля многим пришлась по душе. Некоторые просто стояли и любовались ею, остальные же принесли холсты, приставили к картине и взялись на кисти. Кто-то рисовал осторожно, понемногу, стараясь, чтобы их работа как можно больше походила на работу Ниггля. Но стоило кому-то использовать слишком контрастные сочетания, как его сразу же начинали ругать за нарушение колорита картины. Другие садились рядом и пририсовывали целые полотна, вроде бы не похожие на саму картину, но удивительно к ней подходящие - таких было совсем немного. Третьи рисовали в своей любимой манере, обычно большими и яркими штрихами, не обращая внимания на упреки и рассуждения о стиле. Большинству из них картина Ниггля казалась бледноватой и местами невыразительной. А кто-то пошел еще дальше и сказал: "Вот эти листья на картине великолепны, но вот этот - сами видите - никуда не годится! Да разве можно так рисовать?!" И они приклеивали кусок холста поверх нарисованного и рисовали заново, правда, каждый свое, и жарко спорили о том, что именно и как здесь должно быть изображено. Вскоре картина утратила свой первоначальный облик настолько, что иногда трудно было понять, что же на ней нарисовано, но любители Дерева продолжали свои труды, хотя, признаться, почти никто из них рисовать толком не умел. И почти никто не думал о Путешествии, только очень, очень немногие мечтали когда-нибудь побывать в Приходе Ниггля.

Абориген Страны Нигде

главная